Бертран Рассел (1872—1970). — всемирно известный английский ученый, философ, общественный деятель.
Бертран Артур Уильям Рассел родился в Треллеке (Уэльс) 18 мая 1872. Внук премьер-министра Джона Рассела, Бертран Рассел унаследовал титул лорда в 1931, избирался в парламент, и с 1944 принимал активное участие в палате лордов. Вместе с Б. Шоу и Г. Уэллсом был одним из первых членов социалистического Фабианского общества. Поступил в Тринити-колледж Кембриджского университета в 1890. Впоследствии состоял членом Лондонского королевского общества, был избран членом совета Тринити-колледжа Кембриджского университета, читал лекции по философии в целом ряде университетов и колледжей. Существенно важные результаты были получены Расселом в области символической логики и ее применения к философским и математическим проблемам
Умер 2 февраля 1970 г., Уэльс
Школа/традиция: Аналитическая философия
Период: Философия XX века
Направление: Западная философия
Основные интересы: Эпистемология, Логика, Математика, Философия языка, Философия науки, Этика, Религия
Значительные идеи: Логический атомизм, теория дескрипций, Парадокс Рассела.
Оказавшие влияние: Лейбниц, Юм, Мур, Фреге, Уайтхед, Витгенштейн, Милл
Последователи: Ричард Докинз, Витгенштейн, Айер, Карнап, Гёдель, Поппер, Куайн, Хомский
„Патриотизм — это готовность убивать и быть убитым по самым тривиальным причинам.“
Проблема этого мира в том, что глупцы и фанатики слишком уверены в себе, а умные люди полны сомнений.
Бояться любви — значит бояться жизни, а тот, кто боится жизни, на три четверти мертв.
Если бы мысли и силы человечества перестали тратиться на войну, мы за одно поколение смогли бы положить конец нищете во всем мире.
Я никогда не отдам жизнь за свои убеждения, потому что я могу заблуждаться.
Способность умно наполнить свободное время — есть высшая ступень личной культуры.
Наши эмоции обратно пропорциональны нашим знаниям: чем меньше мы знаем, тем больше распаляемся.
Скука — серьезная проблема для моралиста, ибо со скуки совершается по крайней мере половина всех грехов человечества.
Диагностика достигла таких успехов, что здоровых людей практически не осталось.
ЕСТЬ ПРОТИВОПОКАЗАНИЯ. ПОСОВЕТУЙТЕСЬ С ВРАЧОМ
Сочувствие выражается в том, что становишься несчастным из-за страданий других.
Для счастья человеку нужны не только разнообразные наслаждения, но также и надежда, дело в жизни и перемены.
Не старайся избегать искушений: со временем они сами начнут избегать тебя.
Учитывая глупость большинства людей, широко распространенная точка зрения будет скорее глупа, чем разумна.
Идеология на самом деле одно из орудий образования стада.
Если какая-то точка зрения широко распространена, это вовсе не значит, что она не абсурдна.
При демократии дураки имеют право голосовать, при диктатуре – править.
В демократии честный политик может быть терпим только, если он очень глуп. Ибо лишь очень глупый человек может искренне разделять предрассудки большей половины нации.
Наши великие демократии все еще склонны считать, что глупый человек скорее окажется честным, чем умный, а наши политики извлекают выгоду из этого предрассудка, выставляя себя еще глупее, чем создала их природа.
Убежденность, что ваша работа необычайно важна, – верный симптом приближающегося нервного срыва.
Ненавидеть врагов легче и увлекательнее, чем любить друзей.
Правда – это то, что каждый из нас обязан рассказать полицейскому.
Диагностика достигла таких успехов, что здоровых людей практически не осталось.
Чтобы стать долгожителем, нужно тщательно выбирать своих предков.
Никто не сплетничает о тайных добродетелях других людей.
Как это ни грустно, но люди соглашаются лишь с тем, что их, по существу, не интересует.
Я так занят, что был вынужден перенести дату своей смерти.
Те, кто несчастлив, и те, кто плохо спит, привыкли этим гордиться.
Бояться любви – значит бояться жизни, а тот, кто боится жизни, на три четверти мертв.
Не старайся избегать искушений: со временем они сами начнут тебя избегать.
Порнография: все, что вызывает эрекцию у пожилого судьи.
Даже если все держатся одного мнения, все могут ошибаться.
Мышление требует усилий и подготовки. Политики слишком заняты составлением речей, чтобы мыслить.
Книга должна быть либо ясной, либо строгой, совместить эти два требования невозможно.
Нет ничего более утомительного, чем нерешительность, и ничего более бесполезного.
– Вы бы отдали жизнь за свои убеждения?
– Разумеется, нет. В конце концов, я ведь могу и ошибаться.
Мысль не свободна, если ею нельзя заработать на жизнь
Наш страх перед катастрофой лишь увеличивает ее вероятность
Не многие могут быть счастливы, не испытывая ненависти к другому человеку, нации, вероисповеданию
