1891–1940г.г.
Михаил Булгаков — русский писатель и драматург, автор множества произведений (романов, повестей, сборников рассказов, фельетонов и около двух десятков пьес), которые на сегодняшний день считаются классикой русской литературы. Достаточно назвать такие романы, как «Мастер и Маргарита», «Белая гвардия» и повести «Дьяволиада», «Собачье сердце», «Записки на манжетах» пьесы «Бег» и др.).. Многие книги и пьесы Булгакова были экранизированы.
Михаил родился в Киеве в семье профессора-богослова Афанасия Ивановича и его супруги Варвары Михайловны, которая занималась воспитанием семерых детей. Миша был самым старшим ребенком и по возможности помогал родителям управляться с хозяйством. Из остальных детей Булгаковых известность получили Николай, ставший ученым-биологом, Иван, прославившийся в эмиграции как музыкант-балалаечник, и Варвара, которая оказалась прототипом Елены Турбиной в романе «Белая гвардия».
В начале 20-х годов он переезжает в Москву и начинает литературную деятельность, сначала как фельетонист, позднее – как драматург и театральный режиссер МХАТа и Центрального театра рабочей молодёжи.
Первой опубликованной книгой Михаила Булгакова была повесть «Похождения Чичикова», написанная в сатирической манере.
В 1925 году Михаил Булгаков публикует книгу «Собачье сердце», в которой мастерски переплетаются идеи «русской революции» и «пробуждение» социального сознания пролетариата. По мнению литературоведов, эта повесть Булгакова представляет собой политическую сатиру, где каждый герой является прототипом того или иного политического деятеля.
Получив признание и популярность в обществе, Булгаков принялся за написание главного романа в своей биографии – «Мастер и Маргарита». Он писал его на протяжении 12 лет, вплоть до самой смерти, но этот труд так и не был завершен. Сведением воедино разрозненных черновиков и записей занималась уже вдова писателя Елена.
Многие произведения Булгакова были напечатаны лишь после его смерти, так как их не пропускала цензура.
При жизни известного прозаика и драматурга не слишком жаловали. Произведения из-под пера будущего классика подвергались разгромной критике. Из десятков литературных проб всего несколько удостоились более-менее приличного отзыва. Из-за такого восприятия Булгаков разуверился в своих литературных способностях и очень жестко критиковал все творческие попытки. Хотя причина гонений была чисто идеологической, поскольку произведения литератора не превозносили советский строй и противоречили насаждаемым в массы идеям. Тем не менее, время все расставило на свои места. Булгаков стал классиком русской литературы. Получил всемирную известность, широкую славу. Не забывают его до сих пор. Многие произведения за авторством писателя изучают в школе.Источник:
Михаил Булгаков умер 10 марта 1940 года. Местом его упокоения стало Новодевичье кладбище столицы.
Источник: https://biographe.ru/znamenitosti/mihail-bulgakov
БИБЛИОГРАФИЯ
1922 — «Похождения Чичикова»
- 1923 — «Записки юного врача»
- 1923 — «Дьяволиада»
- 1923 — «Записки на манжетах»
- 1924 — «Белая гвардия»
- 1924 — «Роковые яйца»
- 1925 — «Собачье сердце»
- 1925 — «Зойкина квартира»
- 1928 — «Бег»
- 1929 — «Тайному другу»
- 1929 — «Кабала святош»
- 1929-1940 — «Мастер и Маргарита»
- 1933 — «Жизнь господина де Мольера»
- 1936 — «Иван Васильевич»
- Великий канцлер. Князь тьмы»
- «Копыто инженера»
- «Театральный роман»
Афоризмы, цитаты, высказывания, фразы — Булгаков Михаил Афанасьевич.
Рукописи не горят.
Уныния допускать нельзя.
Нет документа, нет и человека.
Успевает всюду тот, кто никуда не торопится.
Меня сломали, мне скучно, и я хочу в подвал.
Это не стыдно, что я так хочу жить, хотя бы слепым.
В Москве считают только на сотни тысяч и миллионы.
| Я люблю сидеть низко, — с низкого не так опасно падать. Люди, как люди. Любят деньги, но ведь это всегда было. Я не то что МХАТу, я дьяволу готов продаться за квартиру. Что бы делало твое добро, если бы не существовало зла? Счастье как здоровье: когда оно налицо, его не замечаешь. Тот, кто любит, должен разделять участь того, кого он любит. Кирпич ни с того ни с сего никому и никогда на голову не свалится. Тенор начинает петь такое, что сразу мучительно хочется в буфет. Невозможность писать для меня равносильна погребению заживо. Умные люди на то и умны, чтобы разбираться в запутанных вещах. Сознание своего полного, ослепительного бессилия нужно хранить про себя. Место я имею, правда, это далеко не самое главное. Нужно уметь еще получать и деньги. Писатель всегда будет в оппозиции к политике, пока сама политика будет в оппозиции к культуре. Да, человек смертен, но это было бы еще пол беды. Плохо то, что он иногда внезапно смертен, вот в чем фокус. Свежесть бывает только одна — первая, она же и последняя. А если осетрина второй свежести, то это означает, что она тухлая. Театр для меня — наслаждение, покой, развлечение, словом, все что угодно, кроме средства нажить новую хорошую неврастению. Никакою силой нельзя заставить умолкнуть толпу, пока она не выдохнет все, что накопилось у нее внутри, и не смолкнет сама. Сейчас я слышу в себе, как взмывает моя мысль, и верю, что я неизмеримо сильнее как писатель всех, кого я ни знаю. Но в таких условиях, как сейчас, я, возможно, пропаду. Вы судите по костюму? Никогда не делайте этого. Вы можете ошибиться, и притом, весьма крупно. Умные люди на то и умны, чтобы разбираться в запутанных вещах. Удачные моменты надо уметь ловить и пользоваться ими. Самый страшный гнев, гнев бессилия. Вы понимаете, как может ненавидеть человек, который знает, что ничего не выйдет, и который должен делать? Оскорбление является обычной наградой за хорошую работу. Сознание своего полного, ослепительного бессилия нужно хранить про себя. Несчастный человек жесток и черств. А все лишь из-за того, что добрые люди изуродовали его. Достаточно погнать человека под выстрелами, и он превращается в мудрого волка; на смену очень слабому и в действительно трудных случаях ненужному уму вырастает мудрый звериный инстинкт. Приятно разрушение, но безнаказанность, соединенная с ним, вызывает в человеке исступленный восторг Вот, что получается, когда исследователь вместо того, чтобы идти параллельно и ощупью с природой, форсирует вопрос и приподнимает завесу: на, получай Шарикова и ешь его с кашей. Глаза значительная вещь. Вроде барометра. Все видно у кого великая сушь в душе, кто ни за что, ни про что может ткнуть носком сапога в ребра, а кто сам всякого боится. Что-то недоброе таится в мужчинах, избегающих вина, игр, общества прелестных женщин, застольной беседы. Такие люди или тяжело больны, или втайне ненавидят окружающих. Правда, возможны исключения. Я полагаю, что ни в каком учебном заведении образованным человеком стать нельзя. Но во всяком хорошо поставленном учебном заведении можно стать дисциплинированным человеком и приобрести навык, который пригодится в будующем, когда человек вне стен учебного заведения станет образовывать сам себя. Борьба с цензурой, какая бы она ни была и при какой бы власти она ни существовала, — мой писательский долг, так же, как и призывы к свободе печати. Я горячий поклонник этой свободы и полагаю, что, если кто-нибудь из писателей задумал бы доказывать, что она ему не нужна, он уподобился бы рыбе, публично уверяющей, что ей не нужна вода. На широком поле словесности российской в СССР я был один-единственный литературный волк. Мне советовали выкрасить шкуру. Нелепый совет. Крашеный ли волк, стриженый ли волк, он всё равно не похож на пуделя. Со мной и поступили как с волком. И несколько лет гнали меня по правилам литературной садки в огороженном дворе. Злобы я не имею, но я очень устал. Жизнь есть не разгадываемая умом, а лишь переживаемая тайна мирового бытия, тот первозданный свет, в котором рождается и сознание, и различение. Что бы ни говорили пессимисты, земля все же совершенно прекрасна, а под луною и просто неповторима. Настоящее перед нашими глазами. Оно таково, что глаза эти хочется закрыть. Всё будет правильно — на этом построен мир. Зачем тебе весь мир, если его никому не хочется подарить. Сами знаете, человеку без документов строго воспрещается существовать. Нет документа, нет и человека. Всякая власть является насилием над людьми. На свете существует только две силы: доллары и литература. Все пройдет. Страдания, муки, кровь, голод и мор. Меч исчезнет, а вот звезды останутся, когда и тени наших тел и дел не останется на земле. Нет ни одного человека, который бы этого не знал. Так почему же мы не хотим обратить свой взгляд на них? Почему? |
